В Открытом кампусе Герценовского университета прошла лекция профессора СПбГУ Алексея Русакова. Тема — необычная и важная: «Погребенные почвы Санкт-Петербурга: от прошлого к настоящему». Встреча сопровождалась подробным рассказом об исследованиях палеопочв под нашими ногами. В этом материале коротко передадим, почему история Петербурга начинается не с фундамента, а глубже — в земле.

Почва как зеркало времени

Наука о почвах — почвоведение — появилась в России. В её основе лежат идеи великого естествоиспытателя Василия Докучаева, который в XIX веке доказал, что почва — это не просто грязь или основа под траву, а сложная система, отражающая влияние климата, рельефа, растений, животных и времени. Почва — самостоятельное природное тело, «сердце экосистемы», как называл ее сам Докучаев.

Но существует особый раздел почвоведения — палеопедология, то есть наука о древних почвах. Эти погребенные горизонты скрыты под слоями городов, культурных отложений и даже под бастионами крепостей. И именно они — настоящие архивы Земли, рассказывающие о том, что происходило здесь тысячи лет назад.

Был ли Петербург построен на болоте?

На этот вопрос профессор Русаков отвечает просто: не совсем. Территория устья Невы действительно представляла собой низинные острова, периодически затапливаемые паводками. Однако преобладающие почвы здесь — не типичное болото, а серогумусовые и темногумусовые глееватые почвы, насыщенные органикой и влагой. То есть скорее — пойменные луга, а не трясина.

Эти почвы формировались в условиях высокой влажности, бедной кислородом среды, в окружении кустарников, ивняков, редколесий и моховых сообществ. Слой за слоем, год за годом они накапливали информацию о климате, растительности и хозяйственной активности человека.

Где найти древнюю землю в Петербурге?

Исследовать палеопочвы можно не только в лабораториях, но и во время археологических раскопок или строительных работ. Десятки таких исследований — в Летнем саду, у Казанского собора, в скверах Васильевского острова, в Александро-Невской лавре, у Домика Петра I и на бастионах Петропавловской крепости.

Каждый участок дает уникальный срез истории. Например, в районе Ниеншанца обнаружены темногумусовые глееватые почвы, содержащие следы болотной растительности и даже остатки диатомовых водорослей, характерных для Ладожской трансгрессии — древнего подъема уровня воды в озере, изменившего облик всей округи.

Что рассказывает почва о Петре I?

Одно из самых удивительных открытий — погребенные почвы под Домиком Петра I. Там, где, по легенде, царь собственноручно строил первые здания нового города, почва говорит о другом: этот участок был заброшенным. Пыльцевой анализ показал, что раньше здесь была редколесье с участием сосны, ели, ольхи, но позже территория была нарушена — скорее всего, в результате хозяйственной деятельности.

А еще под Домиком Петра нашли следы древнего гумусового горизонта, сформированного до появления города. Его возраст — около 300 лет, как и у самого здания. То есть Петр и впрямь ступал по этим почвам, но они уже были на грани исчезновения.

Земляные кирпичи Меншиковского бастиона

Но самым захватывающим эпизодом лекции стала история о земляных укреплениях Петропавловской крепости. Оказывается, в строительстве Меншиковского бастиона использовались не просто глина и песок, а спрессованные почвенные блоки — настоящие «земляные кирпичи», вырезанные из болот и лугов.

Микроанализ показал, что в этих кирпичах сохранились даже фрагменты семян, копролитов (окаменевших экскрементов), пыльца, грибов и микрофауны. Это позволяет воссоздать картину природы начала XVIII века с невероятной точностью — от растительности до состава атмосферных осадков.

Почвы как носители времени

Чем ценны погребенные почвы? Это палеоархивы, в которых записаны не только климатические колебания, но и следы жизнедеятельности людей, миграций, сельского хозяйства, войн, пожаров. Под слоем булыжников, под фундаментами соборов и в культурных напластованиях скрываются горизонты, которые были когда-то дневной поверхностью.

Под Казанским собором, например, сохранилась почва на литориновых отложениях — остатках морского дна, существовавшего здесь тысячи лет назад. А в Летнем саду — уникальный образец подзола, погребенного под культурным слоем в XIX веке.

Почему это важно сегодня?

Во-первых, изучение палеопочв помогает восстановить ландшафты прошлого — от доисторических болот до средневековых поселений. Во-вторых, оно необходимо для современного градостроительства: знать, на каких почвах стоит город, — это не только интересно, но и безопасно.

В-третьих, эти исследования показывают, как быстро человек изменяет природу. За триста лет в центре Петербурга уровень поверхности поднялся на 2–3 метра. Почвы, которые веками формировались под луговой травой, сегодня скрыты под асфальтом, бетонными плитами и слоями культурного мусора.

Вместо вывода: Петербург начинается под ногами

Лекция профессора Русакова — не просто рассказ о науке. Это попытка взглянуть на привычный город с новой, неожиданной точки зрения. На набережной, в парке, у старого здания — где бы вы ни стояли, под вами может быть почва, по которой ходили люди тысячи лет назад. Или по которой шагал Петр Великий.

Петербург — это не только архитектура и реки, это еще и земля, в самом прямом смысле. И если внимательно ее изучать — она расскажет больше, чем любые документы.